Кувшин живительного счастья
          заполнил душу мне сполна
               и в годы страшного ненастья,
                    наперекор былого -
               в страсти,
          мне даровала жизнь она.

     То босоногой,
          в пелерине,
               с оборочками в кружевах,
          как с нарисованной картины
     спорхнула бабочкой сейчас.

     И распахнувши свое сердце,
          благоуханием мимоз,
     заворожила нежным телом.

     Да... - разве я подумать мог?

     Во мне,
          струёю растворилась
     и пением лесных чудес.

     Вся!
          в прелестях своих раскрылась,
               вся, в прелестях Земли... -
          небес.

     Не выдержал я и...
          растаяв,
               от непомерной суеты;
                    от дрёмы, что порой бывает,
               от той,
          что знаем я и ты.

     Я, полюбил её - безумно,
          в надежде на покой души,
               но...
          оказалось, что напрасно -
     напрасно видно поспешил.

     Она меня обворожила,
          и обольстила сластью слов,
               но в тайне -
          в мыслях всё ж решила,
     что деньги лучше, чем любовь.

     И вот, уже который месяц...

     Иль год, иль вечность -
          Бог судья!

     Она в распутстве растворилась:
          по барам, клубам... -

     Где семья?

     По что ей дом,
          на что заботы
     родного крова - очага,

     Теперь её одна работа -
          в обслуживании мужика.

     Вильнет бедром - деньгу за пояс,
          поднимет ножку - два глотка...
     А что в последствии?

     Убогость.
          И жизнь без счастья.
               С молотка
                    продали душу и таланты,
                         что с зарождения хвала -
                    уже они не музыканты...
               не повара - Комедианты!
          в усладу страсти и стыда.

     За деньги грязного народа,
          а то и так -
               в лохмотьях вся,
          идёт к реке и...
     прямо в воду.

     Кому нужна она была?