Был обычный трудовой день. Я сидел на крутом вращающемся стуле в офисе "Билайн", совершая повторяющиеся и от этого задолбавшие мозги и душу действия за компом, подключая новых клиентов к сети, пополняя счета, блокируя номера тех, кто отказывался от нашего оператора с переходом на другой. Вдобавок мне задавали кучу вопросов, и я каждому, если это требовалось, расписывал действия. Сотни мобил и чуть больше симок я перелапал за этот день, разбираясь в деталях у простолюда...

Рядом со мной на соседнем стуле за другим компом весь этот день восседала Лерка, с которой я здесь, на Гоголя, 1, в Пятигорском офисе, не раз вот так работал. Только сегодня она не подключала новых клиентов, но остальная мура была та же. Ей, если не считать скорых перекусов раза два по несколько минут, уже влом было находиться среди скопища электроники и бумаги. И она, наконец, с облегчением смогла расконцентрироваться, когда наши выпроводили последних посетителей до семи вечера и повернули табличку на двери в положение "Закрыто".

На улице было ещё светло, как днём - стояло лето.Я вышел из офиса на улицу, чтобы немного подышать свежим воздухом. Остановился выпить ледяного кваса у цистерны неподалёку, затем решил сделать пару кругов от нечего делать вокруг здания, где стоял наш офис.

И вдруг вижу - выходит она, Лерка, из офиса. И прямо за мной. Остановился, ну, жду, пока со мной поравняется... Поболтав немного, чувствую, что она меня тянет куда-то, а на вопрос, куда, говорит, мол, сейчас увидишь, Вован... Я не стал гнуть своё, а тут же пошёл с ней... Мы прошли за ближайший тихий угол, где нас никто не мог спалить, и тут она схватила мои руки и прижала к своей груди... Тут во мне впервые за этот день что-то треснуло в башке, и, забыв обо всём, в том числе и о проделанной работе, я стал её раздевать...

Расстегнув и приспустив на ней одежду, я обнаружил, что на ней нет лифчика, и мне ничего не стоило почувствовать её нежность. У меня тут же оттопырилась ширинка, а дальше всё произошло быстро... Я почувствовал сначала прохладу, а потом жар на своём конце... это Лерочка... взяла меня в рот... стала отсасывать. Я чуть не упал - она, оказывается, минетит прекрасно, нежно, глубоко! Да так шикарно, что я готов кончить... язычок пляшет на залупе, пальцы нежно играют моими шарами...

Я уже не могу стоять, и, вцепившись Валерочке в волосы, кончаю внутрь на её гланды... Она проглотила это единым махом, высосав напоследок всё до капли... Угол дома поплыл у неё в глазах вместе со мной, и я ей помог подняться... Лера расстегнула джинсы, приспустила, а я рукой нежно и медленно ласкал её щёлку... Хорошенько взгрев ей и взгревшись сам, вошёл в неё... Она едва не кричала - а в любой момент рядом может оказаться куча народу...

Я проник в Валерию довольно легко, и приступил фрикциям... медленно... чуть быстрей... ещё... подводя её к финалу... и Лера кончила... первый раз... второй... третий... ноги её уже не держали, и я крепче схватил её за бёдра... глубже... ещё глубже... Лера уже охала и громко стонала. Боясь, чтоб никто не услышал эти стоны, голос её подсознания, я поцеловал её в губы и так мы, слившись в поцелуе, задвигались навстречу друг другу...

У Лерусика течка что речка, её обувь пропиталась насквозь выделениями, и на асфальте остался мокрый след - свидетельство наших страстей, но вряд ли кто сразу поймёт, что это именно то, чем истекает каждая женщина, находясь в улёте...

Наконец, я почувствовал, что и сам скоро кончу. Я вышел из моего Лерунчика и залил ей грудь, как из лейки... вот так... да, Лера-солнце, да! - я это и хотел! Ещё и ещё струя... правее... чуть левее... ещё, пониже... всё, блин!.. Лерок, дёргаясь в сладчайшей истоме, растёрла моим членом сперму по грудям, шее, на плечах...

Вернувшись в реал, мы вспомнили о тех, что оставались в офисе. Подошли, а он был уже заперт. На двери за стеклом всё так же висела табличка "Закрыто", а внутри было темно.